Название: Семейный диагноз и семейная психотерапия - Эйдемиллер Э. Г.

Жанр: Медицина

Рейтинг:

Просмотров: 1658

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 |



6.2. Интеграция игровой и семейной психотерапии

Систематические научные разработки методик, сочетающих семейную и игровую психотерапию, несмотря на явную целесообразность этого, начались сравнительно недавно, однако попытки использования игр на сеансах семейной психотерапии предпринимались с середины XX в.

С некоторыми допущениями, предтечей интеграции игровой и семейной психотерапии можно считать предложение К. Мустакаса обучать родителей проведению с детьми домашних игровых терапевтических сессий (Moustakas С. Е., 1959).

Продолжением этого стала разработка Б. Гарнье так называемой «filial therapy». Целью ее являлась коррекция, в процессе совместной игры, представлений ребенка о родительских чувствах к нему и неправильной трактовки их поведения, а также донесение до родителей в символической форме истинных эмоций, мыслей, потребностей ребенка. В результате члены семьи получали возможность

соприкоснуться со своими вытесненными проблемами, выработать новые стереотипы поведения, а у ребенка повышалась самооценка, уверенность в себе (Guer-

пеуВ., 1964).

Д. В. Винникотт в 1971 г. призывал учить людей играть, считая, что игра, даже отражающая значимые и тревожащие клиента переживания, является достаточно безопасным инструментом психотерапии и может приносить чувство глубокого удовлетворения. Именно Д. В. Винникотт одним из первых использовал игру в работе с семьями, преодолевая тем самым некоторое отчуждение между специалистами семейной и игровой психотерапии (Winnicott D. W., 1971).

В 1976 г. была опубликована работа А. Крафта, в которой он описывал свой опыт обучения группы родителей проведению сеансов игровой терапии со своими детьми дома. В настоящее время хорошо разработан, применяется и продолжает развиваться тренинг детско-родительских отношений, проводимый преимущественно в игровой форме. Практика показала, что на невротическую симптоматику детей, их развитие влияет отношение родителей к себе, их способность к самовыражению. Обучение родителей формам оптимального взаимодействия с детьми в процессе сеансов игровой психотерапии, носящих семейный характер, приводило к положительным изменениям эмоционально-волевой сферы всех участников игр, улучшало поведение детей (Kraft А., 1976; цит по: Landreth G. L, 1991).

В 1991 г. Г. Л. Лэндрет отмечал, что семейные психотерапевты начинают сознавать необходимость использования игр на своих приемах. Сеанс семейной психотерапии, в котором участвуют дети, без игрушек превращается, с его точки зрения, в простую беседу психотерапевта со взрослыми. Но основную роль игры он видел в том, чтобы дети не скучали, не капризничали, не слонялись бесцельно по комнате, что является явной недооценкой возможностей игровых методик для семейной психотерапии (Landreth G. L, 1991).

Интерес к игре как к терапевтическому методу у отечественных специалистов во многом связан с работами замечательного психолога Д. Б. Эльконина, который в 1978 г. писал о том, что несмотря па широкое распространение игровой терапии, специальных исследований по этой проблеме очень мало, буквально единицы.

Отсутствие четкого определения игровой психотерапии тормозило разработки ее методик и их интеграцию с другими формами психотерапии, в том числе и семейной. Как справедливо отмечает В. Оклендер, далеко не каждая игра с ребенком является терапевтической (Oaklender V., 1988). Несмотря на то что термин «игровая терапия», как правило, ассоциируется с лечением детей, применение его для работы исключительно со взрослыми также возможно. В связи с этим определение игровой и игровой семейной психотерапии необходимо уточнить. В соответствующих попытках как отечественных, так и зарубежных авторов нашли отражение их собственные практические разработки и те теоретические воззрения, которыми они руководствовались.

А. П. Слободяник включил в свою монографию «Психотерапия, внушение, гипноз» раздел «Игровая психотерапия», который состоял всего из десяти строк. Автор утверждал, что применение игр целесообразно в детской психиатрии для активизации душевнобольных детей в состоянии кататонического ступора (1966). Примеров подобного опыта и его результатов он, к сожалению, не приводит.

186

В русле психоаналитического направления возник метод, имеющий явно игровую природу, широко и успешно применяемый в семейной психотерапии, — аналитическая психодрама. В «Руководстве по психотерапии» 1979 г. издания автор раздела «Игровая психотерапия» И. Е. Вольперт отмечает, что групповая игра является имманентной формой групповой психотерапии. В своей монографии «Психотерапия» он называет основоположником данного метода Дж. Морено (1972). Дж. Морено критиковал психоаналитиков за недостаточное внимание к той малой социальной группе, в которой протекает повседневная жизнь больного неврозом (Moreno J., 1922). Наблюдения за тем, как дети в играх воплощают свои фантазии, натолкнули его на мысль о создании игровых методик. Дж. Морено предложил заменить анализ потока свободных ассоциаций анализом спонтанного поведения больного в малой группе в игровой ситуации. Таким образом, психодрама базируется на игровых принципах. Со своим котерапевтом он проводил сеансы как групповой, так и семейной психотерапии (Moreno Z. Т., 1997).

Практически отожествляя игровую психотерапию с психодрамой, И. Е. Вольперт рассматривал игру, как моделирующую деятельность, воспроизводящую по принципу аналогии с реальной действительностью придуманную, воображаемую, желанную действительность. Богатые психотерапевтические возможности игры он видел в одновременном переживании условности и реальности создавшейся ситуации. В своей монографии «Психотерапия» он излагает свой вариант игровой терапии — «имаготерапию», — основанный на способности человека воображать, воспроизводить образ, заключающийся в участии больных в импровизированных инсценировках по заданному контексту (1972).

В «Руководстве по психотерапии» 1985 г. издания раздел игровой психотерапии вообще отсутствует. А между тем в нашей стране использование терапевтической игры продолжало развиваться.

Прежде всего следует назвать интересные работы А. С. Сииваковской, исследовавшей нарушения игровой деятельности и предложившей способы их коррекции (1980); Б. 3. Драпкина, считавшего, что сущность детско-иодростковой психотерапии — «терапия радостью» (1973,1977); Э. Г. Эйдемиллера, В. Юстицкиса, использующих игры в работе с делинквентными подростками (1982). Все они перечислены в соответствующем разделе фундаментальной монографии Б. Д. Кар-васарского «Психотерапия». Называя игровую психотерапию самостоятельным и онтогенетически важным разделом психотерапии, автор, к сожалению, ограничивается лишь описанием имаготерапии И. Е. Вольперта, не ставя перед собой задачу более полного освещения этой темы в данной монографии (1985).

А. И. Захаров, начавший применять игровую психотерапию в нашей стране в 80-е годы XX столетия, во многом продолжал развивать идеи направления «освобождающей» игровой психотерапии или терапии отреагированием (acting out), разработанного в 1930-х гг. Д. Леви (Levy D., 1939). Своим происхождением оно также обязано психоанализу. Вначале суть его сводилась к применению игровых ситуаций, в которых дети освобождались от своих страхов. Специально подобранные игрушки помогали ребенку вновь пережить ситуацию, которая порождала тревогу. Воссоздание психотравмирующего события позволяет больному освободиться от напряжения, вызванного этим событием. А. И. Захаров также использо-

187

вал в своей работе элементы структурированной игровой терапии Г. Хэмбридж. Суть ее состоит в предложении ребенку с неврозом структурированной игровой ситуации, позволяющей решить конкретные задачи: проработать проблемы агрессивности к сиблингу, разрешить конфликт, порожденный чувством вины, снизить тревогу по поводу разлуки с матерью и т. п. (Hambridge G., 1955).

А. И. Захаров справедливо считал игровую психотерапию основной в лечении невротических расстройств у детей и творчески переработал наследие предшественников. В игровом процессе он выделяет две взаимодополняющие фазы: спонтанную и направляемую врачом. Их соотношение зависит от клинических проявлений и личностных особенностей пациента, но главное в процессе игры — это возможность импровизации. Поэтому композиция игры требует индивидуального подбора. Игра использовалась А. И. Захаровым как средство диагностики, терапии и обучения. При этом игровая ситуация создавала условия для выбора наиболее приемлемых форм психического реагирования (1973, 1982, 1998). Предлагая применять игровую психотерапию, как самостоятельную методику, так и в сочетании с другими, он подчеркивает ее большие возможности на завершающей стадии семейной психотерапии. Рассматривая игру как «естественный эксперимент», он активно привлекал родителей к участию в нем.

Диагностическая функция игры как «естественного эксперимента» заключается в том, что она позволяет выявить защитные установки, скрытые симптомы, конфликты и способы их разрешения в семье. Терапевтическая функция спонтанной игры состоит в предоставлении членам семьи в процессе психотерапевтического сеанса возможности эмоционального и моторного самовыражения, осознания и отреагирования страхов, фантазий, возможности тренировать психические процессы, повышать фрустрационную толерантность. А. И. Захаров считает игровую психотерапию организованным терапевтическим процессом, основанным на естественной для детей потребности в игре и требуюшцм от врача гибкости, эмоциональной вовлеченности и способности к игровому перевоплощению (Захаров А. И., 1982). Однако в этом определении не раскрывается полностью суть понятия, а область применения игровой психотерапии искусственно ограничивается.

Игры в сочетании с суггестивными приемами, применялись для лечения детей и подростков М. И. Буяновым. Им была разработана методика «тренировочной психотерапии» детей и подростков с невротическими расстройствами (1973,1976, 1977). В ее основе лежит поведенческий (бихевиоральный) подход, имеющий три теоретических источника. Во-первых, это учение И. П. Павлова об условных рефлексах, согласно которому именно в результате их образования появляются новые формы поведения (1903). Вторым источником является теория оперантного обусловливания и формирования реакций путем последовательных приближений Б. Ф. Скиннера: любая форма поведения определяется своими последствиями (Skinner В. F., 1953). Третий источник — теория социального научения А. Бандуры утверждает, что большинство действий человека формируются под влиянием окружающей среды (Bandura A., 1965). На сеансах игровой терапии этого направления эмоциональным проявлениям пациентов уделяется меньше внимания. Своей основной задачей терапевт считает обучение детей тому, как правильно играть свои социальные роли.

У пациентов, проходивших лечение по методике М. И. Буянова, угасали патологические рефлексы, обусловливающие нарушения поведения, а затем с помощью функциональных тренировок вырабатывались положительные условные рефлексы (Буянов М. И., 1976, 1982).

Игры в контексте поведенческой психотерапии и психокоррекции детей и членов их семей широко применяются Ю. С. Шевченко и его сотрудниками (1995, 1997). Обязательным для успешного использования своей методики Ю. С. Шевченко считает выполнение трех следующих условий:

— анализ факторов, влияющих на отклоняющееся поведение конкретного ребенка;

— формулировка четкой поведенческой мишени (или системы отдельных мишеней);

— подбор действенных стимулов, являющихся непосредственной «наградой» за желательное поведение, либо «наказанием» — за нежелательное.

В 1995 г. Ю. С/Шевченко совместно с В. П. Добриднем в рамках онтогенетически ориентированного психокоррекционного подхода разработали методику «интенсивно-экспрессивной психотерапии» группы пациентов одного возраста и их родителей (ИНТЭКС). Данная методика является типичным примером эклектического направления в психотерапии с преобладанием элементов поведенческой терапии. Теоретическим обоснованием допустимости интеграции приемов, принадлежащих к разным школам, для авторов этой методики послужила эволю-ционно-биологическая концепция и, в частности, учение о психическом дизонто-генезе Г. Е. Сухаревой (1955), Г. К. Ушакова (1973), В. В. Ковалева (1979,1985).

Разработанные приемы онтогенетически ориентированной психотерапии включают совместные игры детей с родителями. Авторами подчеркивается семейный характер их психокоррекциоиного подхода, результатом которого являются приближение взаимоотношений родителей и ребенка к более взрослым, равноправным и уважительным формам. Терапевтическое воздействие обеспечивает толчок по патологическому стереотипу с разрывом максимально большего числа патологических связей, составляющих порочный круг патогенетических, индивидуально-личностных и средовых факторов, и последующее удержание больного на качественно новом уровне его состояния, в большей или меньшей степени соответствующем практическому здоровью.

Активное привлечение родителей, попытка, создавая и закрепляя у них и детей новые поведенческие стереотипы, уменьшить психотравмирующие взаимоотношения ребенка и его окружения указывают именно на семейный характер проводимой психотерапии.

Одна из наиболее популярных форм психотерапии в США в настоящее время — cognitive-behavioral play therapy (CBPT), то есть когнитивно-поведенческая игровая терапия. Типичные методики СбРГсодержат модели адаптивных копинг-механизмов. Разработки СВРТ для дошкольников в последнее время успешно адаптируются в методики для взрослых (Knell S., 1998). Изменения характера коммуникаций под влиянием СВРТ улучшают семейные взаимоотношения.

Если на сеансах игровой терапии когнитивно-поведенческого направления эмоциональным проявлениям пациентов уделяется мало внимания, то игровая

189

психотерапия построения отношений целиком ориентирована на эмоции пациента. В основе этого направления лежат идеи О. Ранка, согласно которым целью лечения пациента должно быть преодоление последствий травмы, полученной человеком при рождении. С точки зрения О. Ранка, страх отделения от матери не позволяет больному неврозом принять волю группы и в то же время лишает способности поступать согласно своей воле (Rank О., 1936). Исходя из этой концепции, Д. Тафт и Ф. Аллен построили игровую терапию с детьми, делая акцент на эмоциональных отношениях между психотерапевтом и клиентом, не пытаясь интерпретировать или объяснять.прошлый опыт пациентов. Уважение психотерапевтов к личности ребенка проявлялось в предоставлении ему свободы выбора. Пациент мог выбирать любые игрушки во время сеанса, мог прекращать игру или вовлекать в нее психотерапевта. Таким образом дети учились управлять своей деятельностью (Taft J., 1933; Allen F., 1934 - цит. по: Landreth G. L., 1969).

Эти идеи получили естественное развитие в весьма распространенном сейчас, следующем крупном направлении — недирективной игровой психотерапии. Долгое время единственной монографией, посвященной игровой психотерапии, переведенной на русский язык, была работа яркого представителя этого направления — Г. Лэндрета. Недирективная игровая психотерапия явилась практическим воплощением теоретических положений одного из выдающихся приверженцев гуманистической психологии — К. Роджерса. Согласно его феноменологическому подходу все мотивы поведения личности сводятся к врожденному стремлению актуализироваться, то есть реализовать свои способности, а также интенсифицировать их и сохранять себя (Rogers К. R., 1942).

В игровой психотерапии эти идеи были подхвачены В. Экслайн (Axline V., 1947). Некоторые формы недирективной игровой терапии могут успешно применяться для решения семейных проблем, особенно для улучшения взаимоотношений детей и родителей. Н. Фаш описала свои игры с дочерью, позволившие маленькой пациентке преодолеть эмоциональные затруднения, связанные с обучением навыкам опрятности. Занятия проводились по совету деда девочки — К. Роджерса, с соблюдением процедуры, предложенной В. Экслайн (FuchsN., 1957; цит. по: Landreth. G. L, 1969). Психотерапевты, работающие в этом направлении, учитывают естественное стремление пациента к актуализации и верят в его способность управлять собственным развитием. В хорошо оснащенной специальной игровой комнате ребенку создаются безопасные условия, располагающие его к спонтанному творчеству.

Признавая достоинства монографии Г. Лэндрета, следует отметить некоторую ее тенденциозность. Теоретические воззрения автора отражает и данное им определение: «Игровая терапия... динамическая система отношений между ребенком и терапевтом, обученным процедурам игровой терапии, который обеспечивает ребенка игровым материалом и облегчает построение безопасных отношений для того, чтобы ребенок мог наиболее полую выразить и исследовать собственное Я (чувства, мысли, переживания и поступки) с помощью игры — естественного для ребенка средства коммуникации» (Landreth G. L., 1969, р. 24). Нетрудно заметить, что это определение не предполагает использования метода игровой терапии в

работе со взрослыми пациентами, с семьей, жестко детерминирует тактику проведения сеансов.

Такие же, на наш взгляд, недостатки можно отметить в определении, приводимом в работе успешно и интересно занимающихся игровой недирективной психотерапией С. В. Кудрявцевой и С. И. Заморева: «Игровая терапия представляет собой взаимодействие с ребенком на его собственных условиях, предоставляя ему возможность для свободного самовыражения с одновременным принятием его чувств взрослым» (1995, с. 110).

Именно влиянием Г. Лэндрэта объясняется тот факт, что некоторые психологи и психотерапевты отожествляют недирективную игровую психотерапию с игровой психотерапией вообще.

В вышедшей в 1998 г. «Психотерапевтической энциклопедии» игровая психотерапия описана как метод лечения эмоциональных и поведенческих расстройств у детей. Это определение, как нам представляется, с одной стороны, неполное, а с другой — резко сужает показания к применению метода.

В «Справочнике по психологии и психиатрии детского и подросткового возраста» 1999 г. издания в соответствующей статье отмечено, что игровая психотерапия «опирается на основные функции детской игры» и «применяется, в первую очередь, при психотерапии широкого спектра психических расстройств, нарушений поведения и социальной адаптации у детей» (с. 673). Показания к использованию метода здесь значительно расширены, но суть понятия «игровая психотерапия» остается не раскрытой.

Определение, предложенное в 1997 г. советом директоров Международной ассоциации игровой терапии, представляется наиболее удачным и емким.

Игровая терапия — это систематическое использование теоретической модели развития межличностных отношений, когда специально обученные игровые терапевты используют терапевтическое воздействие игры, чтобы помочь клиентам предотвратить или разрешить психосоциальные трудности и добиться оптимального роста и развития (O'Connor К., 1997).



Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 |

Оцените книгу: 1 2 3 4 5

Добавление комментария: